Трещины сильно мешали исследовать планету. Они появлялись тут и там самым неожиданным образом. Некоторые достигали в ширину полутора метров, и дно их нельзя было рассмотреть - они уходили в глубину если не на километры, то на десятки, а может, и сотни метров. Вездеход стал совершенно бесполезен.

Вторым бичом планеты были движущиеся плотоядные кусты. Однажды я видел, как гибкие ветви поймали птицу, опутали ее отростками. Зашевелились темно-красные треугольные листья. Птица билась и кричала, а затем все было кончено. Примерно через час ветви разошлись и уронили на почву легкий серый комочек - шкурку с перьями.

Для нас кусты не представляли большой опасности, так как двигались они очень медленно и только по краю трещин. Но первое знакомство с ними было довольно неприятным и стоило двоим из нас большой потери крови. С тех пор мы исследовали только отдельные кусты и не рисковали приближаться к зарослям.

Облака покрывали небо все гуще и гуще. Они отбрасывали на почву длинные, неясные, причудливо переплетенные тени. Тени все время двигались, сгущались, принимали самую разнообразную форму, напоминающую птиц и пауков, мотыльков и змей.

Наступила пора сумерек. Вычисления орбиты показали, что они длятся здесь около семи земных месяцев.

Резко увеличилось число трещин и кустов. Иногда занесешь ногу, чтобы перешагнуть узенькую трещину, а она тут же разольется целой паутиной таких же трещин. Они закружатся внизу, и ты замираешь с поднятой ногой, не зная, куда шагнуть. Скоро мы догадались, что большинство трещин - иллюзия, создаваемая облаками. Оставалось лишь определить, какие из преград настоящие. Однако сделать это было не так просто. Среди трещин и кустов выделялись более темные. Мы думали, что они и есть настоящие. Но ошиблись. Выявить какую-либо закономерность в образовании иллюзий не удавалось. Мы вооружились палками-щупами. Но передвигаться с их помощью можно было лишь очень медленно.