— Не люблю я этого, — отозвался второй. — Я предпочитаю убедиться, занял ли он место, которое забронировал.

— Да чего ты нервничаешь? — спросил с легкой иронией его товарищ. — Куда, по-твоему, он может деться? С этого момента он заперт так же надежно, как в тюрьме Санте. Чтобы оторваться от нас сейчас, ему понадобится вертолет... или придется прыгать с поезда.

— Всего не предусмотришь. А вдруг с ним что-то случится прежде, чем мы им займемся...

— Садись и не психуй. Дело в шляпе.

Экспресс на Лондон постепенно набирал скорость. Стук колес на стыках рельсов учащался.

Пассажиры закрывали двери купе, устраивались. Некоторые уже начали распаковывать бутерброды.

Мужчина с тремя чемоданами снял пальто и удобно уселся в углу у окна по ходу движения. Он достал несколько журналов и сейчас спрашивал себя, хочется ли ему читать.

Он заметил, что находится в купе один, хотя остальные места забронированы. Это было видно по ярлыкам, лежавшим на полках.

«Наверное, какая-нибудь компания передумала в последний момент», — мысленно предположил одинокий пассажир.

Откровенно говоря, его это даже устраивало. При нынешнем настроении присутствие болтуна раздражало бы его; впрочем, посредственность и банальные заботы равнодушных соседей тоже. Стекла запотели. Мужчина протер стекло рукой, чтобы наблюдать проплывающий мимо пейзаж. Он с удовлетворением заметил, что тяжесть, лежавшая у него на сердце с самого утра, мало-помалу исчезает.

Покинуть Францию, Европу — это прекрасно, пока строишь планы... Но когда защелкиваешь замок последнего чемодана, когда в последний раз проезжаешь на такси по Парижу, отъезд приобретает совсем другой смысл. Вдруг возникает неожиданное желание послать все к черту, а неясное чувство убеждает отказаться от плана и вернуться к знакомой жизни.

Но он не мог дать задний ход, имея дело с ними. Неизвестный вздохнул и решил закурить. Жребий брошен, остается лишь идти до конца.