- Что с вами? - увидев Анабеева у стены, мягко спросил, по-видимому, врач. Не дождавшись ответа, он как-то по особому подплыл к больному и, улыбаясь, спросил.- Ну что? Приснилось что-нибудь? Стоите босиком, на холодном полу. Марш, марш в постель.

- Я не стою,- замотал головой Анабеев,- мне ничего не приснилось. Вернее, приснилось. Кузнечик приснился. Кузнечик... а вон там, в автобусе ребенок. Это не приснилось. Я видел. Я сам только что видел,горячо заговорил Анабеев.

- Ну-ну-ну,- попытался успокоить его врач, - давайте-ка ложитесь в постель, а то простудитесь. Ложитесь и расскажите, как вы себя чувствуете, что вас беспокоит. Давайте, давайте,- доктор подтолкнул Анабеева к койке, и тот послушно вернулся в постель. Неожиданно у Анабеева появилось непреодолимое желание говорить.

Все равно о чем, лишь бы говорить, лишь бы его слушали, лишь бы не оставляли одного в этой странной палате с зарешеченным окном.

- Вы знаете, доктор,- скороговоркой начал Анабеев - мне снилось, да-да, снилось что-то очень страшное.

Какой-то кузнечик...- Анабеев заметил, как врач пальцем сделал милиционеру какой-то знак. Сбившись, Анабеев замолчал. Он с тревогой посмотрел на милиционера, затем на врача и спросил: - Где я, доктор?

- Вы? В больнице, где же еще,- весело ответил врач,- маленько приболели. Бывает.- Врач присел на краешек кровати и с фальшивым интересом спросил: - Так что там, с кузнечиком-то?

- Кузнечик,- вспомнил Анабеев,- это ребенок...Он наморщил лоб, помолчал немного и удивленно добавил.- Он прыгал.., маленький такой, с руками и...- внезапно Анабеев все вспомнил, а вспомнив, он начал ловить ртом воздух. Лицо его перекосилось от страха и боли. Он приподнялся на локтях, затем упал на подушку и зарыдал.

Когда Анабеев, наконец, немного успокоился, он обнаружил, что чувствует себя гораздо лучше. Будто вместе со слезами из него вышла наружу та самая муть, которая мешала ему ощущать себя Анабеевым. В голове прояснилось, вернулась способность связно мыслить и говорить.