– Так, значит, договорились? – зевая, переспросила Полина.

– Угу, – уныло подтвердила я.

– Ну, а теперь пошли спать, – скомандовала сестра. – Я, честно говоря, с ног валюсь…

Я хотела было попросить, не сбегает ли она в ларечек за малюсенькой бутылочкой вермута, потому что у меня разыгралась бессонница, а ближайшая аптека, где можно купить какое-нибудь снотворное, находится далеко – о сестре же забочусь! – но не решилась. Полина действительно еле стояла на ногах от усталости.

Я вспомнила, что ей пришлось перенести за последнее время, и постаралась убедить себя, что смогу уснуть и без снотворного. К тому же, зная Полину, могу с уверенностью утверждать – если бы она и согласилась мне помочь, то направилась бы в аптеку, а уж никак не в ларек, и приволокла бы мне димедрол. Вот он мне сдался!

Мы легли вместе все на той же куче тряпья, и я, уже со слипающимися веками подумала, что это вообще-то очень удобно – не нужно каждый день разбирать-убирать постель…

Утром Полина подняла меня в девять. И на том спасибо. Она еще раз напомнила мне, что я должна сегодня посетить педагогический институт, а сама она уезжает на работу.

– Завтрак на столе, – внушала она мне, а я кивала сквозь сон, пытаясь одновременно понять, как могла Полина в таких условиях приготовить завтрак и, главное, из чего?

Кроме того, сестра сказала, что после обеда позвонит мне, чтобы узнать о результатах. Это означало, что после ухода Полины мне не удастся коварно поспать еще хотя бы часочка два.

Когда за Полиной захлопнулась входная дверь, я вздохнула и поплелась в ванную умываться. Выйдя в кухню, я с удивлением обнаружила на столе тарелку, накрытую полотенцем. На тарелке лежало несколько бутербродов.

Подумав о том, что и от моей сестры иногда бывает польза, я с удовольствием смела все бутерброды, запила их водой из-под крана и стала собираться.