Стайка девиц из университетского женского клуба, щеголявших в юбках с изображением пуделя, отреагировала на мое появление слабыми улыбками. Я сел рядом с ними. Мне нравилось, как ткань топорщится на пышных нижних юбках, открывая обтянутые гольфами икры и двухцветные кожаные туфли. Девушка, которая мне приглянулась, была высокой, белокурой и фигуристой. Наши взгляды встретились, и «демон» тренькнул, указывая, что она заглянула на мой сайт. Улыбка стала холодной. Вероятно, бедные аспиранты ей не подходят. Что ж, по крайней мере я узнал ее имя — Бесс Рингслот, — когда она получала информацию обо мне. Этим дело и ограничилось. Остальные девушки отвернулись — скорее всего они были включены в локальную сеть, и Бесс передала подружкам мое резюме. Я откинулся на спинку стула и вздохнул.

Вошел доктор Элк с растрепанной пачкой бумаг под мышкой и указкой в другой руке. Он ткнул указкой в учебный компьютер, чтобы приглушить свет в аудитории.

— Леди и джентльмены! Рад приветствовать вас на старшем курсе. Я доктор Элк, и сейчас я волнуюсь не меньше вашего. В этом году тема нашего семинара звучит так: «Факторы империализма Старого Света».

Элк высокий, худой мужчина с тронутыми сединой темными волосами. Его назначили моим научным руководителем — можно не сомневаться, что это дело какого-то политкорректного аналитика, обратившего внимание на сходный генетический тип, — когда я учился на историческом факультете, но мы не общались уже год, с тех пор как я перевелся на инженерный факультет.

— Почему европейская цивилизация уничтожала все культуры Нового Света, с которыми вступала в контакт? Неужели европейцы умнее? Нет! Или на их стороне был Господь? Сомневаюсь!

При слове «Господь» Элк швырнул на стол свои конспекты, и девицы в юбках вздрогнули. Я знал, что будет дальше; его лекции меня не интересовали.