Иоганн заёрзал — похоже, тоже что-то понял.

— Уж не по наши ли души ребята, а, господин Золтан? Хагг не ответил.

Всадники тем временем приблизились и осадили лошадей. Воцарилась тишина, нарушаемая только треском угольков в костре, дыханием лошадей да звяканьем удил. Даже птицы перестали петь. Пять человек с молчаливой настороженностью рассматривали друг друга.

— Так-так. Золтан Хагг, — наконец констатировал один из верховых, по-видимому предводитель — мужчина в сером дорожном платье, не уступающий в объёмах толстяку Иоганну, и отбросил за спину капюшон. — Наконец-то мы вас нагнали. Ну что же, что же… Добрый день.

— Вы? — Хагг в удивлении поднял бровь. — Какими судьбами? Вот уж кого не ожидал здесь встретить.

— А кого ожидали? — желчно поинтересовался мужчина. — Папу Римского? Герцога Вильгельма? Святого Иосифа с зацветшим посохом

— Я предпочёл бы вообще никого не встречать, — сухо отозвался Хагг. — Что вам от меня надо?

— А вы не очень-то любезны.

— Вы тоже, господин Андерсон. Кто это с вами? — Золтан выгнул шею, силясь заглянуть ему за спину, и кивнул, узнавая: — Ба! Никак Матиас Румпель собственной персоной.

Поименованный привстал на стременах и подался вперёд: не поклон, а так — «моё почтенье». Выглядел он несколько смущённым.

— Здрассьте, господин Золтан.

— Здравствуй, здравствуй. — Он уже вглядывался в следующего. — А вас, юнкер, я, кажется, раньше не видел… или видел? Мне почему-то знакомо ваше лицо.

— Моё имя Рутгер, — с явной неохотой представился тот.

— Рутгер? Ах, Рутгер… Наслышан. Если вы, конечно, тот самый Рутгер Ольсон.

Рослый холодноглазый парень каменно проигнорировал намёк, и Золтан повернулся к Андерсону: — Занятную компанию вы себе подобрали.

— Да, я не жалуюсь. Ну что же, — подвёл итог предводитель отряда, — раз так, полагаю, на этом церемонию знакомства можно считать законченной. Вы позволите нам спешиться?