– Как интересно! – восклицает Джейн, и видно, что ей действительно интересно. – И что вам сказал психолог?

– Ложная забывчивость. То есть нам часто только кажется, что мы забыли нечто важное, а на самом деле – пустяк, о котором не стоит и говорить. Так бывает, например, когда очень серьезно относишься к своим обязанностям. И вообще… бывает. Нейроны в мозгу случайно перепутались, и сигнал пошел не туда. Нужно тряхнуть головой, и все встанет на свои места.

– Шутите, – улыбается Джейн.

– Насчет нейронов – да, – улыбается в ответ мой стажер. – А насчет всего остального – чистая правда.

– Хорошо, – решает наконец вопрос в нашу пользу Джейн. – Давайте ваш номер… Сережа.

Мы выходим из Дома Правительства, и я поворачиваю налево. Действительно хочется есть, а здесь неподалеку я знаю один бар с незатейливым названием «У Сэма», где кормят вкусно и недорого. Да и хозяин бара, которого на самом деле зовут Питер (Сэмом звали его покойного отца), мне тоже знаком. А кому лучше барменов известны все последние городские новости? Разве что репортерам, но с этой братией здесь, в Первограде, да и вообще на Гондване мне ни разу общаться не довелось.

– Куда мы сейчас? – спрашивает Ирина.

– Обедать, – отвечаю. – Не знаю, как ты, а я что-то проголодался. Все эти волнения пробудили во мне изрядный аппетит.

– Естественная реакция здорового организма, – кивает мой стажер. – Но не должны ли мы были все-таки дождаться господина начальника Департамента? Насколько я помню инструкцию…

– Очень рад, что ты ее помнишь, – говорю. – Несмотря на приступы ложной забывчивости. Кстати, молодец, что удачно вступила в разговор. Очень мне помогла.

– А ты заметил, – спрашивает Ирина, удачно делая вид, что похвала ее не слишком волнует, – как эта Джейн замялась? Она ведь на самом деле забыла, что хотела сказать. И забыла действительно что-то важное.

– Я даже, кажется, догадываюсь, что именно, – бормочу.

– И я, – подхватывает мой проницательный стажер. – Она, видимо, хотела упомянуть о своем ребенке. Во всяком случае, очень было на это похоже.