– Я уже сказал вам нужный кодовый номер.

– Верно. Правильно. Вы и вправду сказали этот номер.

– Так соединяйте же, какого еще хрена.

– Что, и вас достало Рождество? Вы мне просто не поверите, как часто клиенты раздражаются в это время года и...

– Соединяйте.

Робот исчез, экран стал черным как сажа, а затем расцветился радужными вспышками.

И вдруг появилось совершенно ясное и отчетливое изображение Бет, такой же стройной и красивой, как всегда.

– Лечу в Париж, – объяснил Джейк. – Раньше не мог позвонить, не было ни секунды.

– Новое задание «Космоса»?

– Да. Если верить Бэскому – очень важное. Если бы не оно, сидел бы я сейчас в Беркли, а не болтался здесь, между небом и землей.

– Я тоже скучаю о тебе. – Бет улыбнулась. – Эти служебные обязанности и срочные дела – они всегда появляются в самый неподходящий момент. А что это за работа?

– Ты слыхала про Неизвестного Солдата?

– Подожди, подожди, Джейк.

Бет нахмурилась.

– Так, значит, твой клиент – Мадлен Бушон.

– Да, она самая. Ты ее знаешь?

– Да, знаю. Последние лет пять ее муж был крупным чиновником Международного агентства по контролю за наркотиками.

– Шесть лет. Я только что прочитал его досье. Ты встречала его?

– Конечно. Из-за проекта, которым занят отец, мы познакомились с уймой людей, работающих на МАКН.

– До начала своей работы в парижском отделении агентства Бушон был послом Франции в Рио. Он провел там заключительные месяцы последней войны.

– То есть имел возможность сделать что-то такое, из-за чего Неизвестный Солдат внес его в свой список.

– В общем-то, верно, но...

– Но кроме того, в торговле тэком многие люди желали его смерти – и имели на то серьезные причины, – закончила его мысль Бет.

– Судя по всему, Мадлен Бушон думает, что кто-то просто скопировал почерк Неизвестного Солдата, чтобы сбить с толку следствие.