И теперь, внезапно решившись, спросил, глядя в его хмурое, напряженное лицо:

— Ты знаешь, в чем опасность? Ванир повел мощными плечами.

— Если бы! Сам купец в порядке. С Вальмерусом я давно уже хожу через перевалы, я даже думаю, он мне после этого похода предложит место постоянного охранника… Остальные купцы, вроде как, его давние дружки. Но, конечно, не всех парней в отряде я знаю.

— Думаешь, заведут в ловушку, как тогда, в степи?

— Всякое может статься.

Конан не стал спрашивать, отчего тогда Аньярд вообще не плюнет на этот караван и не отправится куда-нибудь еще. Заполучить место постоянного охранника при каком-нибудь богатом торговце для многих наемников было верхом мечтаний: ведь это означало конец полуголодной жизни с вечной тревогой о заработке, сытое и довольное существование при хозяине, который будет платить тебе вне зависимости от того, есть сейчас работа, или нет. И не надо ломать голову о том, куда податься на зиму, когда торговля в северных краях замирает из-за снежных заносов на дорогах… И не надо скитаться, гадая, где приклонить голову на ночь… Так что немудрено, что даже такой любитель побродяжить по свету, как Аньярд, наконец решил подыскать себе теплое местечко. И он явно не откажется от этой мечты из-за смутных дурных предчувствий.

— И хорошо ли твой купец заплатит?

Тень тревоги тут же покинула грубое, словно топором из дерева вырубленное, лицо ванира. Он уже понял, что сумел настоять на своем, и высоко вскинул кружку, до краев наполненную вином, и его громовой голос заставил испуганно пригнуться к столам завсегдатаев таверны:

— Пью за моего друга! Моего лучшего друга — Конана из Киммерии!