Люди из Бовуссии кожей промышляли и пивом. И всё это не в мелком количестве!

Лад диву давался — торговля шла на будущее. Вот кто-то закупил двадцать обозов дынь хундустанских, кто-то прикупил пять обозов сыра франзонского, да еще бочонков тридцать крепкого пива бовусского. Всё это будет отправлено из Посада в земли дальние, откуда купцы привезут потом товар иной... Хундустанцы прикупили риса пять обозов у купцов итайских. Те, в свою очередь, разжились вином франзонским. Купцы франзонские прикупили шелку, а купцы из Бовуссии глаз положили на скакунов манжорских...

Сделки заключались большие и маленькие, на сегодня, на завтра и на год вперед.

Еще одну особенность заметил Лад — при каждой сделке присутствовал приказчик.

А еще впервые он так близко столкнулся с людьми Мафии. Они были везде и всюду выспрашивали чего-то, вынюхивали. Этот товар откуда, из Хундустана? А когда прибыл? Месяц назад? А сколько времени дорога заняла, и в какую копеечку доставка встала? Всё им было интересно и важно.

«Где уж мне постичь тонкости дела такого?!» — сокрушался Лад.

Зазывалы глотку драли, в воздухе витали ароматы разные — и орех миндальный, мускус и перец жгучий, розы чайные, яблоки наливные, лимоны желтые...

Сколько лет жил он в Посаде, а таким увидел его впервые. Вся жизнь Лада прошла на задворках посадских да в лесах дремучих. Детство босоногое и беззаботное пробегало по подворотням, голубей гоняя, юность в слободе дружинной возмужала, а Посада он так и не узнал. Один день сегодняшний поведал ему куда больше, чем вся жизнь предыдущая, о делах торговых, благодаря которым стоял Посад и стоять будет.

На рынках, базарах и площадях торговых, в лавках негоциантских, амбарах посадских, где зерно и муку отпускали обозами, в скобяных рядах да в загонах коровьих и свинских, никто нечисть не вспоминал. Но каждый купец имел свой амулет или брелок заветный, каждый торговец продавал товар свой с присказкой или заговором.