– Ну?

– Ну, ну, – передразнил Петенька. – Что ты заладил, в самом-то деле!? В общем, ситуация такая. Если ты и впрямь хочешь решить свои материальные проблемы, нужно заманить этого индивида к себе в каюту, стукнуть его там чем-нибудь по кумполу, это чтобы он отключился, перетащить его затем на прогулочный катер, найти подходящий рейс до Земли и с триумфом вернуться.

– Зачем?

– Фу ты, непонятливый какой! Мне за тебя даже неудобно!

– Ты толком говори.

– Я и говорю. Этих индивидов и впрямь никто не знает. Если посадить его в клетку и показывать всем желающим за деньги – ну, хотя бы за целковый с носа – то от посетителей, я уверен, отбою не будет. За два года точно мультимиллионером станешь… Ну, ладно, заговорился я тут с тобой, а мне еще в биллиардной прибраться надо. Все, побежал.

И, ни слова больше не говоря, Петенька опрокинул в себя остатки содержимого бокала, шумно прополоскал ими рот, после чего выплюнул их прямо на пол. Передеров все это время тупо на него смотрел.

– Когда разбогатеешь, – сказал Журавлев, вставая, – не забудь и о моей скромной персоне. Пока!

Передеров, хлопая ресницами, продолжал тупо на него смотреть.

– Стой! – заорал он, придя наконец в себя.

Петенька, весело хохоча, выбежал за дверь. Иван Николаевич бросился было следом, но тут же и остановился – ну, догонит он его сейчас, а дальше-то что? Драться? Формально-то Петенька прав. Совет, хоть и идиотский, он все-таки дал. Ну, Передеров, так тебе и надо, доверчивая ты душа! Ведь знал же, с кем связываешься. Самое обидное даже не в том, что его провели, а в том, что сделали это дважды в течение одних и тех же суток, причем так примитивно – как самого распоследнего лоха.

Передеров скрипнул от бессилия зубами.

– Бармен! – заорал он опять. – "Волосы Вероники" мне давай! Быстро! Не то я все разнесу тут к чертовой матери! Ну!