— А какой он из себя? Как лошадь или как козочка?

— Скорее похож на оленя, если не считать хвоста и гривы, — задумчиво откликнулась, Ивейн. Нагнувшись, она подняла с травы длинный серебристый волос, явно не ее собственный. Бережно намотав его на палец, получившееся колечко она сунула в мешок с травами. — А вообще, больше всего он был похож на единорога. Удивительно… Никогда не слышала, чтобы наш лес считали заколдованным.

— Думаю, они все становятся заколдованными ко дню летнего солнцестояния, — улыбнулся Райс. — Или просто когда ты приходишь сюда.

Они обменялись воздушными поцелуями. Джорем сам удивился собственному спокойствию.

— Не пора ли нам возвращаться? — поинтересовался он.

Все втроем они сели в седло. Лошадей появление единорога, похоже, ничуть не встревожило.

— Жалко только, что ты его не видел, — промолвила Ивейн. — Обидно должно быть пропустить такое приключение!

Джорем не знал пока, стоит ли рассказывать им о том, что случилось с ним самим у древнего камня. Сперва он должен как следует насладиться этими воспоминаниями в одиночестве, обдумать их и, возможно, даже попытаться молиться.

— Я хорошо отдохнул, — промолвил он наконец.

Примечание автора: несмотря на то, что отец Джорем Мак-Рори, член ордена Святого Михаила, пользовался наибольшей известностью благодаря своей политической деятельности во время реставрации Халдейнов и ее кровавых последствий, его собственный орден хранит о нем совсем иные воспоминания. Михайлинцы почитают отца Джорема за любовь к Господу, которую он неоднократно выражал в общении с собратьями и с паствой. Также его перу приписывают несколько страстных проповедей, посвященных «беспредельности любви Христовой».

Дэниел Кохански, Джей Барри Азнер

«Арилан изучает Талмуд»

1105 год