– Вот, Валера, познакомься. Это Степан Марецкий. В управлении человек новый, но уже откупорил пару серьезных дел. Что называется, сыщик от Бога.

Сорокин взглянул на майора, и Степану показалось, что тот его сфотографировал и заложил в свой компьютер. Не взгляд, а фотовспышка.

– Рад свежему пополнению, – улыбнулся Сорокин. – Ну, выкладывайте, какие проблемы?

Марецкий молча подал подполковнику рисунок. Тот очень внимательно рассмотрел его и кивнул.

– Хорошо схвачено. Особенно взгляд.

– Валерий Михалыч, нас интересует – кто он? – неторопливо спросил Марецкий.

– Одно могу сказать, лицо это мне знакомо. Даже наверняка. Но, чтобы ответить на ваш вопрос, я должен знать, в какой ячейке его искать. Профиль его работы.

– Водила у киллеров. Из серии бритоголовых.

– Этого мало. Водила еще не мокрушник. Ладно, я подумаю. Но мне нужно время.

– Переснять вам копию нашего рисунка?

– Нет необходимости. Все, что нужно, я запомнил. А вы не торопитесь с федеральным розыском. Отдайте лучше этот рисунок психологам. Пусть они над ним поколдуют. Для них это лицо будет хорошим материалом.

Пожав друг другу руки, они разошлись. Возле кабинета Марецкого его уже поджидал капитан Сухоруков.

– Ну что, Боря, побывал в святая святых?

– Там покой и тишина. Не то что наше заведение. Майор открыл ключом кабинет, и они зашли.

– Рассказывай, капитан. Патриарха видел?

– У него своя приемная в другом месте, а тут люди рангом пониже будут. Я был на приеме у епископа Питирима, викария Тульской епархии, то есть у наместника. Отец Никодим действительно был записан к нему на прием. В книге регистрации сказано: «В связи с особыми обстоятельствами». По-другому священника не приняли бы. Он шел к высшим инстанциям через голову архимандрита, непосредственного руководителя Тульской епархии.