- Надеюсь, ты доволен жрецом-целителем, которого я к тебе направил, произнес видессианский офицер.

В любом другом случае Скавр отделался бы вежливыми словами благодарности. В конце концов, Зигабен пытался сделать одолжение ему и его солдатам. Но при виде Алипии, уходящей вместе со своим дядей в сторону личных покоев императорской семьи, Марк так разозлился, что допустил совершенно излишнюю откровенность.

- Ты не мог найти жреца, который не пил бы, как пивная бочка?

Красивое лицо Зигабена окаменело.

- Прости, - вымолвил он. - С твоего позволения...

Он слегка наклонил голову и вышел.

К Марку подошел Гай Филипп.

- Как тебе удалось наступить ему на больную мозоль? - спросил он, наблюдая за деревянной походкой удаляющегося офицера. - Только не говори мне, что сказал ему правду!

- Боюсь, именно так, - признал трибун.

Вряд ли можно допустить большую ошибку, общаясь с видессианином, подумал он.

* * *

Суматоха, которая всегда сопровождает начало похода, не помешала легионерам, как обычно, каждое утро проводить на тренировочном поле. Когда в один из таких дней они вернулись в казарму, Марк вдруг обнаружил, что она не прибрана и беспорядка в ней куда больше, чем обычно. Даже во время подготовки к кампании Марк не спускал солдатам безалаберности. Совсем не похоже на римлян бросать работу, даже такую обыденную и скучную, как уборка.

Скавр нашел дежурных стоящими плечом к плечу на солнцепеке у стены. Марк уже набрал в грудь побольше воздуха, чтобы как следует обругать лентяев. Однако его опередил Стипий. Жрец с немалыми удобствами расположился в тени одного из апельсиновых деревьев, что росли вокруг жилища легонеров.

- Что это вы делаете, несчастные варвары? Не дергайтесь! Немедленно встаньте, как я вас поставил! Я едва начал наброски!

Скавр напустился на жреца.

- Кто дал тебе право, негодяй, отрывать моих солдат от нарядов?

Стипий вышел из тени и прищурился на ярком солнце. В руке он держал несколько листов пергамента и кусок угля.