Вспомнив холодные глаза Аптранда, в которых навеки застыл лед, Скавр внезапно хорошо понял несчастного осажденного барона.

- Ну вот, - продолжал Пакимер, - в один прекрасный день он открыл ворота замка и впустил... одного только Дракса. Когда Аптранд потребовал свою долю добычи, наш великий барон... - хатриш произнес это слово с таким же сарказмом, что и Марк, - послал своего бывшего союзника подальше и велел ему не совать нос в чужие дела.

Пакимер усмехнулся.

- Что ж, причина ясна, - пробурчал Зеприн Красный. - Проклятье богов на тех, кто нарушает клятву.

Похоже, труды святого Кведульфа пропали втуне - халогаи до сих пор оставались язычниками и поклонялись своим жестоким богам.

История, рассказанная Пакимером, странным образом приободрила Марка. По крайней мере, между вождями намдалени существовала старая, непримиримая вражда. Опытные политики Видесса сумеют использовать это обстоятельство и обратить его себе на пользу.

На мгновение трибун задумался о том, насколько преданы ему Гагик Багратони и другие васпуракане. Да, йезды согнали их с родной земли, лишили родины, вынудив искать убежища в Видессе, - такова жестокая реальность. Но впоследствии васпуракане пострадали еще и от погрома, который устроил видессианский жрец-фанатик Земарк. И это тоже реальность, может быть, еще более жестокая.

Кто знает, вдруг для васпуракан Дракс и его намдалени - союзники, а не враги? Что мешает Багратони объединиться с Драксом? Ведь и васпуракане, и намдалени в глазах видессианской ортодоксальной Церкви равно еретики.

"О боги, - подумал Скавр. - вот еще одна проблема, которая не даст мне заснуть спокойно". Марк решил пока что выбросить все это из головы. Ему предстояли куда более неотложные дела.