- Мы... поссорились, - пробормотал тот.

- Вижу. - Старший центурион присвистнул, заметив глубокие царапины на руке Марка. - Если хочешь, переночуй в моей палатке.

- Спасибо. Позже.

Марк был слишком взвинчен после ссоры, чтобы сразу заснуть.

- Надеюсь, ты приструнил ее?

Трибун знал, что Гай Филипп пытается выказать сочувствие. Но грубоватый тон не слишком помог ему в этом.

- Нет, - отозвался Скавр. - Я виноват не меньше, чем она.

Гай Филипп недоверчиво фыркнул. Скавр ощутил горький привкус своих правдивых слов. Он знал, что именно его уклончивое поведение в прошлом заставило Хелвис и Сотэрика предположить, будто он примет сторону намдалени, когда те выступят против Империи. Сказать, что это не так, - значит, вызвать ссору. Марк просто понадеялся, что подобный вопрос больше никогда не поднимется. И вот это произошло. Они поссорились, и ссора вышла куда тяжелей из-за его жалкой полуправды.

Скавр невесело рассмеялся. Старый Тиманор оказался, в конце концов, не таким уж глупцом.

* * *

- Ты храпел, - обвиняюще сказал трибун Гаю Филиппу на следующее утро.

- Да? - Ветеран невозмутимо откусил большой кусок от луковицы. - Ну и что? Кому до этого дело?

Красными от усталости глазами Скавр смотрел, как легионеры сворачивают лагерь. Женщины, болтая, занимали свое место в середине колонны. Хелвис уже ушла; палатка казалась необитаемой, когда трибун пришел собирать ее.

Как же теперь поступит Хелвис? Останется в легионе? Уйдет к Сотэрику?

Да, совсем легко забыть о ней, когда солдаты готовятся выступить в поход, строятся в колонну и ждут распоряжений. Прямые вопросы требуют прямых ответов. Как все просто в прямолинейном мире легиона: манипула Блеза должна идти впереди васпураканского отряда Багратони; эта дорога лучше, чем та; Квинт Эприй будет наказан удержанием трехдневного жалованья за игру в кости с фальшивыми кубиками...