– Серьезней некуда в этом абсурдном мире. Но вы, мне кажется, хотите сменить тему нашего разговора, Крис-киборг. Вы один идете на дело, чреватое смертельной опасностью. Это нехорошо, – тихо вздохнув,

упрекнул Криса Рауль. – Вы не цените себя. Это не мудро с вашей стороны. Другие тоже согласятся, стоит только сказать им…

– Вы никому ничего не скажете, – фыркнул Крис, доставая новую сигару. – Лучше привыкайте к этому месту, потому что я запру вас тут. Не беспокойтесь. Утром за вами придет Гарри и заберет вас отсюда как раз вовремя, чтобы вы успели вымыть голову и сделать макияж. Я к тому времени буду уже далеко.

– На пути в Коразию. В одиночестве. Самоубийственная миссия. И чтобы только спасти одну особу…

Рауль опять взглянул сверху вниз на Крошку, который, наверное, что-то мысленно «сказал» своему партнеру, так что, кроме Рауля, никто больше ничего слышать не мог.

– … Вашу жену, – тихо проговорил Рауль.

– Скажите ему, пусть радуется, что я до сих пор не швырнул его туда, – прорычал Крис, показывая на груду всякого хлама и мусора.

– Разве мы заслужили такое, Крис-киборг? – спросил Рауль. Глаза лоти наполнились слезами. – Разве мы хоть раз не оправдали ваше доверие?

– Ну, хватит! – Крис вынул изо рта сигару. – Не причитайте тут. Во-первых, это мои личные, а не ваши, будь они неладны, дела. А во-вторых, вы мне больше не нужны. Никто из вас! Тем более – никчемный отравитель, везде сующий свой нос. Я сам справлюсь с этим пустяшным делом и вернусь раньше, чем вы узнаете, что меня больше нет. Можете сказать это другим. Говорите им, что я на время удалился от дел. На заслуженный отдых.

Крашенные под цвет персика губы Рауля приоткрылись.

– Ни слова больше! – предостерег его Крис. – Или я запихну вас обоих под мусорный пресс. – Он прислонился спиной к консоли. – А теперь докладывайте.

Рауль обменялся взглядом с верхом шляпы, оставшейся теперь единственным местом от Крошки, которое еще можно было видеть. Не сомневаясь, видимо, в том, что у Криса слова не разойдутся с делом, лоти достал кружевной платочек из своей расшитой голубым бисером вечерней сумочки, слегка прикоснулся им к глазам, стараясь не нарушить своего макияжа, а затем тщательно расправил платочек на контрольной панели, чтобы тот высох.