Прошло несколько секунд, прежде чем мне удалось проследить за ходом его мысли.

— Да, — ответил я. — Я… прибыл сегодня утром. Как вы догадались?

— Я видел ваш багаж, — ответил мой собеседник. — Но я спрашиваю себя, почему вы не поселились в гостинице? Судя по вашей одежде, вряд ли вам необходимо спать в заброшенном доме. Или вы скрываетесь?

— Но я же и так нахожусь в го… — начал я, но тут же запнулся и с внезапно охватившим меня страхом огляделся. До сих пор я был слишком растерян и оглушен, чтобы действительно обратить внимание на окружавшую меня обстановку.

Я находился в своем гостиничном номере, как я уже и говорил, и в то же время — нет. Помещение, в котором мы находились, было тем же самым. Но как же оно изменилось! Серые и совершенно запущенные стены, повсюду болтаются куски отклеившихся обоев. Во многих местах сквозь них проглядывала голая штукатурка или серая, изъеденная плесенью кирпичная кладка. Пол провалился, доски вздулись и треснули от старости, а через незастекленные окна внутрь врывался ветер. Кровать, на которой я очнулся, представляла собой настоящую развалюху. Скособочившись, как потерпевший крушение корабль, она стояла всего лишь на трех ножках и была прикрыта истлевшими, серыми лохмотьями.

Я озадаченно посмотрел на своего спасителя.

— Но это же… невозможно, — пробормотал я. — Эта комната была… была в полном порядке, когда я поднялся наверх.

— Видимо, вы выпили какую-то дрянь сегодня ночью, — возразил он, улыбаясь, но тут же вновь стал серьезным. — Я не знаю этот дом, — сказал он, — но если судить по его состоянию, то он заброшен уже как минимум лет десять.

— Но он же был в полном порядке, когда я пришел сюда! — запротестовал я. — Я зарегистрировался в администраторской, получил от портье ключ от этой комнаты и…

Я не стал продолжать, когда увидел выражение его глаз.

— Вы… не верите ни одному моему слову, да? — тихо спросил я.