— Никто не смеет указывать мне, что делать, — произнес Ренегар.

Вир впервые видел столь толстощекого центаврианина. Огромного роста, дородный мужчина, волосы подстрижены короче, чем того требовала мода. Толстые губы, маленькие глазки. Невероятно мощные руки — казалось, он с легкостью мог разорвать Вира пополам. А голос настолько глубокий и хриплый, будто исходил откуда-то из области коленей.

Явно не тот тип, с которым Вир был бы рад иметь дело.

Ренегар сидел за столом в своем кабинете, и стол и комната казались крошечными на фоне его габаритов. В комнате царил беспорядок. Если оценивать личность по внешности, то Вир никогда бы не подумал, что этот тип может занимать руководящую должность, тем паче, что он возглавляет раскопки, начатые по приказу самого министра Внутренней Безопасности Дурлы.

— Я вовсе не собирался указывать вам, что нужно делать, — быстро заверил его Вир.

— Это радует, — произнес Ренегар. Но довольным он не выглядел. И эти слова прозвучали так же раздраженно, как и прежде.

— Но, вне всякого сомнения, — отважно продолжил Вир, — вы должны уже понимать, что на этой планете не все чисто. У вас пропало слишком много народу.

— Центавриане — слизняки, — в его голосе явно слышалось презрение. — В этом всегда заключалась наша проблема. Мы пасуем перед каждой маломальской трудностью. Скажем так, сбегаем. В какой-то мере мы должны восхищаться нарнами. Как бы вы о них не думали, но они никогда не простят нам того, что мы их завоевали. В течение многих лет они сражались за свободу и, в конце концов, обрели ее. А мы не боремся за свободу. Нас завоевали, и мы тут же переворачиваемся вверх брюхом и дохнем — вот и все, на что мы способны.

— Был бы рад побеседовать на эту тему на досуге, — произнес Вир. — Но, если вы не возражаете, это не совсем то, о чем я хотел сейчас поговорить. Люди не просто уехали отсюда потому, что устали, или потому, что им все надоело, или потому что они решили со всем этим покончить. Здесь таится великое зло, и все ваши люди находятся в огромной опасности. В ужасной, ужасной опасности.