Дракху было жаль его.

Лондо Моллари удивился бы, узнав, что в мозгу дракха мелькали подобные мысли. Если бы он смог, каким-то образом, ощутить эмоциональный настрой дракха, то удивился бы еще больше, узнав, почему именно тот испытывает к нему жалость.

Но он этого не знал, и, поэтому, стиснув зубы и расправив плечи, смотрел прямо в лицо дракху. Он сделает все, что в его силах, чтобы сохранить видимое спокойствие и достоинство в тот момент, когда страж присосется к нему.

Но дракх уже уловил его участившееся сердцебиение, отметил, с каким трудом ему удается контролировать дыхание — обычные признаки поднимающейся паники, которую Лондо пытался подавить усилием воли. Для дракха состояние Лондо было открытой книгой, потому что связь, с помощью которой им предстояло взаимодействовать, уже начала формироваться на подсознательном уровне.

Его звали Шив'кала… и он был героем. По крайней мере, таковым его считали другие дракхи. Этим эпитетом его награждали тихим шепотом, или во время безмолвного общения, при котором не было необходимости произносить свои мысли вслух.

Он был храбрейшим, усерднейшим среди дракхов, никто не мог сравниться с ним в ясности видения того образа, какой следовало быть Вселенной. Ни один из них не относился к своим соплеменникам с большей симпатией, нежели он. Но именно это качество помогало Шив'кале действовать столь эффективно, безупречно и жестоко. Он твердо знал, что на пути к совершенной галактике, ему придется причинять боль, вселять ужас и даже убивать при необходимости. И он был готов к этому. Пока он ясно видит перед собой цель — общее благо — и действует ради ее достижения, все средства будут хороши.