— У меня в руках пару минут был меч тамошнего князя. И все равно не убили. Только шкурку на спине немного подпортили.

— Ты держал в руках княжеский меч Гранска?! — король-людоед разинул рот.

— Да, но потом вернул. А что тут такого?

— Вот была бы потеха, если бы ты его у себя оставил!

— Зачем он мне — колбасу на пикнике резать? Не совсем удобно — длинноват.

— Еще один закон: «У кого меч города, тот и князь».

— То-то я удивился, почему бородач со мной так деликатно обошелся.

— Ты же ему власть вернул. Хорошее начало, знаковое. Может, и мне вернешь! Главное, что ты с этим мечом на горожан не напал.

— Да я вообще-то на людей обычно не бросаюсь.

— И правильно делаешь. Только учти: королева — не человек, хоть и выглядит как богиня.

«А богиня, значит, по его понятию — человек».

— Но мне же не придется на нее бросаться?

— Нет, спокойно проберешься в спальню после полуночи и просто разбудишь ее.

«Хорошо еще, целовать не надо».

— А она не перепугается до смерти?

— За это не беспокойся, — усмехнулся Хрумстыч. — Не настолько ты ужасен, чтобы застращать мою супругу.

Свергнутый король снова посмотрел на выход. Солнце коснулось линии горизонта.

— Тебе пора. После захода я стану тем, кем меня сделала Узранда. А в своем новом виде я не склонен к душещипательным беседам.

— А как я дойду до столицы? Первый же встречный захочет узнать, почему такая страшная морда до сих пор на плечах.

— Лицо мы тебе поправим, — успокоил людоед.

— На пластическую операцию не согласен. Лучше давайте на меня мешок наденем.

— Не получится. С мешком тебя в столицу не пропустят. На, смени одежду, — хозяин пещеры вынес небольшой сверток. — И вот еще, держи.

Хрумстыч положил на мою ладонь пять продолговатых синих ягод, похожих на жимолость. Я с опаской посмотрел на подарок.