Волнуясь о возможных свидетелях-слугах, я пролезла сквозь дыру в соседний сад и с наслаждением затянулась, прикурив тонкую сигарету в мундштуке, который всегда хранила в упаковке. Иногда эта вредная привычка просто необходима, главное, не позволять ей взять над собой верх и распоряжаться каждыми свободными пятью минутами времени. Я не опасалась, что кто-то из слуг Клеймора меня увидит: его садовник работает по утрам, а кухарка и домработница не имеют ключа от двери в сад. Нечего им там прохлаждаться, так вполне справедливо рассудил мой любовник. Слугам деньги платят на за прогулки на свежем воздухе, а за чистый дом и вкусную изысканную еду.

Докурив сигарету, я пробралась обратно, расположилась на газоне и уставилась в небо. По-хорошему надо идти учиться, перечитать сегодняшние конспекты лекции, но… Нет никакого желания продираться сквозь сухой язык формул и теоретических выкладок.

Вдалеке раздался собачий лай и глухое рычание. Псы. Это вернуло меня на несколько часов назад в кабинет ректора, где ищейка высказал свое предположение относительно смерти моих подруг. Затравили собаками или волками… Но почему? Ни Элария, ни София никогда не делали ставок на собачьих боях. По крайней мере при мне. Франц изредка позволял себе такую роскошь, но не денежный выигрыш или проигрыш был главным. Мы приходили туда не ради денег, а ради будоражащего кровь зрелища…

В небольшом подвале на окраине города страшная духота. Воздух сперт и воняет псиной. Несмотря на присутствие людей в помещении очень тихо, не считая навязчивого звона мух. Их здесь множество. Мелкие черные точки так и мелькают перед глазами. Садятся на кожу, лезут в глаза и бесконечно трут свои лапки… Два животных стоят напротив друг друга на противоположных сторонах квадратной арены, посыпанной свежими опилками. Тела животных вытянуты в струну и чуть вперед, лапы напряжены. Черные глаза-бусины рассматривают противника с холодным интересом. Псы не испытывают ненависти к себе, собрату, хозяевам, которые в тот момент придерживают животных за круп. Собаки уже готовы убивать, но они ждут одного единственного слова.