- Здравствуй, Франц, - поприветствовала я друга, - ничего экстраординарного не случилось, поэтому нет никакой надобности изображать из себя оскорбленного праведника, - улыбнувшись самыми уголками губ, я проследовала мимо опешившего парня, готового нападать, но никак не защищаться.

- Ты неисправима, Алесса! - прошипел друг, догнав меня.

Племянник Клеймора возвышался надо мной на полголовы. Его не слишком высокий рост для мужчины нашего времени компенсировался отличной сбалансированной фигурой и развитой мускулатурой. Франц всерьез увлекался конным спортом, фехтованием и стрельбой из ружья. Подражая дяде, он носил волосы до плеч, но предпочитал не пользоваться бриолином, отдавая каштановые локоны на растерзание ветру.

Клеймор всячески продвигал воспитанника в высшем обществе, и уже сейчас за парнем было закреплено тепленькое место в армии в корпусе леров. Неплохой выбор с учетом чисто мужских склонностей Франца. Уверена, мой друг сделает прекрасную карьеру на военном поприще, если не сдохнет от перенапряжения лет в тридцать, создавая очередное оружие для массового умерщвления себе подобных. Племянник графа, как и я, работал с мертвой материей. Не одушевленной.

Мы добрались до площади, подошли к рядам стульев, предназначенных для учеников-аристократов, и заняли приглянувшиеся свободные места. Остальные ученики, которым не повезло обладать титулом, беспорядочно столпились за нашими спинами. Я ощущала их завистливые взгляды: девушки и парни не могли взять в толк, почему мы пользуемся привилегиями, а они нет… Мы ведь едины. Мы леры. Сильные и слабые есть среди них и среди нас, но они все до одного тиранят ноги, а мы с комфортом расположились на стульях.

Глупыши. Пусть ты можешь по камешку разнести здание университета, но исходящий от тебя запах грязного коровника и прелого сена… Мы, голубая кровь, будем чувствовать всегда и будем дистанцироваться, чтобы крошечные капли навоза, навеки прилипшие к вам, не запачкали наши дорогие костюмы и платья.