– Давайте я вам помогу, – услышал он голос Леры. Господи, неужто кроме нее на улице никого нет?

– Приподнимите его, – сказала женщина.

Александров, не понимая, чего она хочет, приподнял плечи Роберта повыше.

Блондинка тут же просунула голову под руку раненого и с трудом распрямилась. Герман, сообразив, что его помощница действует правильно, сделал то же самое со своей стороны.

Вопрос о том, как уложить раненого в салон, решился сам собой. Они положили его на живот в длинном проходе пассажирского отсека. Впрочем, пассажирским, как мельком отметил про себя Герман, его можно было назвать весьма условно, поскольку он был наполовину заполнен какой-то аппаратурой, но сейчас это не имело никакого значения, главным было спасти человека.

– Ключи! – спохватился Герман. – Где ключи от машины?

– Не знаю… наверное, у Роберта, – ответила Лера, садясь на пассажирское место рядом с водителем. – Он всегда кладет их в карман. Не могли бы вы…

– Да, конечно. – Александров бросился в салон.

Ключи нашлись в правом кармане брюк. Еще несколько мгновений ушло на то, чтобы освоиться с незнакомой машиной… а затем началась сумасшедшая езда наперегонки со временем. Не будь за спиной раненого, Герман получил бы удовольствие от этой гонки, да еще какое! Уже давно не доводилось ему чувствовать в своей власти такую мощь, и он дал выход своей застарелой тоске по скорости.

«Додж» словно превратился в сухопутную торпеду. Он несся по улицам Краснодара, невзирая на состояние «убитых» мостовых, не останавливаясь перед светофорами. Его клаксон гудел не умолкая – то ли благодарил тех, кто уступал ему дорогу, то ли просил других, тех, кто еще этого не сделал, посторониться и пропустить его вперед. Его не останавливали даже пробки, с ними Герман расправлялся так же лихо, как и с другими проблемами.