- А, это моя жена, - сказал швейцар. - А кто-нибудь еще не проходил?

- Никто.

- Значит, вор, наверно, пошел в другую сторону, - сказал швейцар и потянул меня за рукав.

Но его попытка увести меня отсюда только усилила возникшее у меня подозрение.

- Куда пошла женщина? - спросил я.

- Не знаю, сэр. Я только заметил, что она прошла мимо, но причин следить за ней у меня не было. Кажется, она торопилась

- Как давно это было?

- Несколько минут назад.

- Сколько? пять?

- Ну, не больше пяти.

- Мы напрасно тратим время, сэр, а сейчас дорога каждая минута, - уговаривал меня швейцар. - Поверьте мне, моя старуха никакого отношения к этому не имеет. Пойдемте скорее в другую сторону от входной двери. И если вы не пойдете, то я пойду один.

С этими словами он бросился в противоположную сторону. Но я догнал его и схватил за рукав.

- Где вы живете? - спросил я.

- В Бристоне. Айви-авеню, 16, - ответил он, - но вы на ложном следу, мистер Фелпс. Пойдем лучше в ту сторону улицы и посмотрим, нет ли там чего!

Терять было нечего. Вместе со швейцаром мы поспешили в противоположную сторону и вышли на улицу, где было большое движение и масса прохожих. Но все они в этот сырой вечер только и мечтали поскорее добраться до крова. Не нашлось ни одного праздношатающегося, который бы мог сказать нам, кто здесь проходил.

Потом мы вернулись в здание, поискали на лестнице и в коридоре, но ничего не нашли. Пол в коридоре покрыт кремовым линолеумом, на котором заметен всякий след. Мы тщательно осмотрели его, но не обнаружили никаких следов.

- Дождь шел весь вечер?

- Примерно с семи.

- Как же в таком случае женщина, заходившая в комнату около девяти, не наследила своими грязными башмаками?

- Я рад, что вы обратили внимание на это обстоятельство. То же самое пришло в голову и мне. Но оказалось, что уборщицы обычно снимают башмаки в швейцарской и надевают тряпочные туфли.