Лезвие оставалось опутанным. Конан замахнулся для последнего удара, как что-то тяжелое опустилось на его правое плечо. Варвар почувствовал мертвую хватку и тяжелое дыхание на своей спине. Мгновение и тело его было отброшено от алтаря к каменному кольцу, окаймлявшему круговую залу. Ударившись о гранитные плиты пола, Конан глухо зарычал от навалившейся на него боли, напряг мускулы и рывком подбросил тело вверх, вставая на ноги. Меч занял выжидающую позицию у груди Конана. Варвар озирался по сторонам, выискивая опасность, которую чувствовал звериным нюхом. Что ударило его? Что не дало овладеть мечом? Наделенный могуществом предков клинок отдаст свою древнюю магическую силу в руки того, кто им овладеет. Духи — стражи, веками блуждающие по храму, не хотят отпускать из святыни волшебный меч.

Конан топтался на одном месте.

Где-то в вышине послышался шелест крыльев. Конан запрокинул голову. Неужели его ударила птица? Под сводами храма, теряющимися в вышине, кружил громадный черный ворон, расправивший гигантские крылья. Ворон — птица Крома, бога могильных курганов. Варвар в первый раз видел такого ворона. Неужели бог направил к нему посланца, чтобы спасти одного из своих сыновей?

Птица зашуршала крыльями и растворилась в темноте, унося с собой ответы на вопросы киммерийца, и вместе с ними последнюю надежду на помощь свыше.

Прошло невесть сколько времени. Конан не двигался, застыв с обнаженным мечом, прислонившись к каменному столбу. Перед его горящим взором разворачивались картины прошлого. Он видел, как могучие прославленные воины пытались добраться до магического меча, заключенного в оковы цепей. Он видел, как они умирали один за другим, пожираемые жуткими тварями, порождениями Нергала, лишь только падала разрубленной первая цепь.

Конан видел, как на его глазах гигантская серая обезьяны схватили чернокожего воина, бог весть как попавшего в эти ледяные края, одной лапой за горло, а другой за ноги, и взметнуло обмякшее, полузадушенное тело над головой, размахивая им, как мешком с человеческими костями.