От рокота, вырвавшегося из моих легких, задребезжали зеркала, что заставило брата взглянуть на меня со всей серьезностью. Впрочем, он только покачал головой:

— На Алисию это мало похоже. У вас никчемное чувство юмора.

Жажда мести вновь всколыхнулась во мне, и я зарычала, принуждая всех, включая Мокса, отступить назад. Друг спохватился первым:

— Просто поговорите с ней.

— Это даже не человеческое существо.

— Думаю, она восстановила себя, используя палеогенный материал из толщи льда.

— Да что же в этой твари заставляет вас верить, будто это Алисия?!

— Планк тебя побери!!! — взревела я, устав быть пустым местом. — Генри! За что?!

Слова прежде дела: это единственное, чем я пыталась удержать себя от прыжка на лицемера. Путы на запястьях — одно название. Я разорвала бы брата на куски.

Он вздрогнул, как и все, кто находился в зале, но теперь смотрел на меня иначе: узнал если не по голосу, то по манере говорить. Согласился принять как факт метаморфозы моего тела. Расчетливая улыбка Поуэса искривила его губы.

Нет. Не Поуэса. Ядра.

— Политика, — произнес Генри, будто это все объясняло. Ну разумеется. По меркам Ядра, все без исключения. — Планировалось замуровать тебя во льдах навеки.

— Что ж, я вернулась.

Вновь задрожали зеркала. Это мой голос стал громче или ярость рвалась наружу?

— Правда, связанная. — Генри откровенно насмехался.

На этот раз буря во мне взяла верх. В миг я высвободила конечности и отшвырнула одной длинной, могучей клешней кинувшихся ко мне стражников, удивленная не меньше остальных своей силой. Один из них поднялся, прицеливаясь, но молниеносным ударом я переломила ему спину и оставила корчиться и выть на мраморном полу. Я могла бы зашибить его насмерть, но взгляд Мокса остановил меня: такого дикого ужаса на лице своего друга я не видела даже тогда, в снегах.