Если б не копна мягких черных волос, оливково-зеленые глаза и не по северному нежная золотистая кожа, король сказал бы, что такие лица, как у Палантида, встречаются только близ норлунгских островов. Арвен всегда безошибочно угадывал в людях капельку солнечной полярной крови.
— Так Астин — внучка самого Бодуэна Рушалемского? — удивился король. Грозное имя предводителя крестоносцев говорило само за себя.
— Да, — кивнул собеседник. — Ей есть, чем гордиться. Впрочем, как и мне.
— Твоя мать, насколько я знаю, еще жива, — сказал Арвен, доливая вина в кубки. — А родители принцессы умерли?
— И давно, — вздохнул Палантид. — Около шести лет назад, вместе с ее старшим братом, моим ровесником, который и должен был унаследовать орнейский престол. Чума, — капитан развел руками. — Так что она сама будет решать вопрос о браке с дожем, — рыцарь помедлил. — Я понимаю, что тебя беспокоит, Арвен, но, пожалуй, во всем Арелате не найдется человека, способного повлиять на ее ответ.
— И каков же он будет? — король заметно напрягся.
— Трудно сказать, — Палантид пожал плечами. — Астин очень честолюбива, — рыцарь помолчал, — но она любит графа Валантейна. Он имеет кое-какие права на беотийский престол, и принцесса уже дважды откладывала свадьбу с ним в надежде, что Вальдред добьется короны.
— Да, — Арвен покачал головой. — Шансы удержать ее у нас минимальны. А ты? Разве ты не можешь предпринять что-нибудь?
— Нет, — наконец расслабился. Мы с ней большие приятели, но, знаешь, Астин своенравна и привыкла командовать.
— Она хоть хороша собой? — усмехнулся Арвен. — При таком характере женщине надо быть очень красивой, чтобы не отпугивать поклонников.
— О, уж об этом можешь не беспокоиться! — рассмеялся капитан. — Астин младше меня на двенадцать лет, и в последние годы мне, как единственному оставшемуся у принцессы Орнейской родственнику-мужчине, приходилось сопровождать ее во время крупных официальных церемоний. — Палантид запрокинул голову и мечтательно полуприкрыл глаза. — Знаешь, когда с такой девушкой входишь в зал, тебя просто распирает чувство гордости. Все тебе завидуют! — грустная улыбка тронула его губы. — Я даже был влюблен в нее…