Мне было запрещено задавать вопросы, предпринимать какие-либо исследования и тем более кому-либо сообщать об этом. Это было типично для многих его распоряжений и также не поддавалось объяснению. - Он неожиданно рассмеялся. - Вы знаете, почему старик и Эпстайн тоже никогда никому не подавали руки? Вы, наверное, этого не замечали?

- Нет, но я полагал, что он просто боится заразы.

- Нормальная температура его тела была 47 градусов.

Уилер потрогал одну свою руку другой и ничего не сказал.

Когда Карл почувствовал, что молчание уже достаточно сгустилось, он весело спросил:

- Ну, босс, что мы будем делать дальше?

Кливленд Уилер медленно перевел взгляд с гроба на Карла, как бы с трудом отрываясь мыслями от покойника.

- Как вы меня назвали?

- А, это просто фигура речи, - улыбаясь, сказал Карл. - Я ведь, по существу, работаю на компанию, а компания - это вы. Приказы, которые я получил, будут выполнены до конца, когда я нажму эту кнопку. Других распоряжений у меня нет. Так что решать вам.

- Вы имеете в виду его? Что нам делать с ним? - переспросил Уилер, снова переведя взгляд на гроб.

- Да, именно. Либо мы его сейчас сожжем и обо всем забудем, либо вызовем сюда все правление и батальон ученых. Или перепугаем до смерти все население Земли - для этого достаточно только вызвать сюда репортеров. Вот это и надо вам решить. Меня лично тревожат более широкие проблемы.

- Да?

- Зачем он здесь появился? Что успел сделать? Чего добивался?

- Продолжайте, пожалуйста, - сказал Уилер, и в его голосе впервые прозвучало нечто похожее на неуверенность. - У вас было хоть немного времени обдумать все это, а я... - И он беспомощно развел руками.

- Я вас вполне понимаю, - мягко сказал Карл. - До этого момента я выступал наподобие платного лектора. Не собираюсь приводить вас в смущение комплиментами, но скажу: вряд ли найдется другой человек на свете, который смог бы проглотить все это так спокойно, как вы...