Ненужный канон. Спасения нет, и поэтому не нужно боятся. Хаос не дает надежды – Хаос дает понимание Неизбежного. Понять Неизбежное – значит понять основополагающий закон. А стремление к Порядку это всего лишь попытка спрятать свой страх, стремление переложить это бремя на чьи-то плечи, и отдаться всемогущему Хаосу в неведении. Познание истины должно включать в себя и познание запретного Хаоса. Бессмысленно отрицать очевидное – значить сделать себя еще слабее".
Мерриз с трудом разлепил веки. Его голова раскалывалась от боли, словно кто-то методично вбивал ему в виски раскаленные гвозди. Тяжелый воздух, насыщенный испарениями ужасной бездны жег горло, и каждый вдох превращался в пытку. Морщась от боли, Мерриз смочил ладонь водой и вытер лицо, затем нащупал в волосах толстую серебряную цепь и одним движением сорвал ее.
"Мне нужны силы, для того чтобы двигаться вперед. Идти день и ночь, и еще день и еще ночь. Мне надо пройти там, где человек в принципе пройти не может. Не убегать от страха, а победить его. Не бежать от Хаоса, а понять".
Он уже чувствовал. Он чувствовал голод, древний голод, притаившийся на дне. Зов тысячи ртов. Он чувствовал тени, скользящие в скалах, притаившиеся в пучинах. Он почти видел ни с чем не сравнимые сооружения, вытянутые словно чудовищные струны, с тысячами мертвых окон. Он чувствовал энергию, пульсирующую, чуждую и равнодушную.
"Мне не нужны оковы веры. Этот мир имеет два полюса, и глупо было бы раболепно жаться к одному из них. Я отрекаюсь…"
"Я отрекаюсь… Каюсь… Каюсь… юсь…"
Мерриз бросил цепь себе под ноги и прислушался к вою ветра.
"Вот и все. Я уже иду".
Он уже было шагнул на узкую тропку, едва заметную на красно-черном камне, но задержался.
"Надеюсь, когда-нибудь я смогу объяснить также, зачем… Пора"
Глава 2
За столом из полированного камня сидел молодой, изыскано одетый мужчина. Он сидел неподвижно, уперев подбородок в сплетенные пальцы рук и не мигая смотрел на ровное пламя оплывающей свечи. Напротив, под большим, во всю стену окном, на низкой лежал кровати лежал старик. За окном сгущались осенние сумерки.