Со стороны могло бы показаться, что старик, укутанный в бессчетное количество пледов, давно мертв, не было слышно даже дыхания, его бледное, морщинистое лицо оставалось совершенно неподвижным, словно смерть уже коснулась его, превратив в восковую маску. Но старик спал.

В полной тишине мужчина за столом продолжал неотрывно смотреть на пламя. Прошло еще немного времени. Свеча оплыла, черный узелок фитилька мигнул синим язычком и утонул в лужице расплавленного воска. В темноте раздался скрипучий голос:

– Я ждал тебя, мой мальчик… Я ждал тебя именно сегодня. Ты всегда умел выбирать правильный момент, а ведь именно сегодня… – старик замолчал.

Мужчина щелкнул огнивом. Во все стороны прыснули яркие искры.

– Не надо света, барон… Мои глаза очень устали.

Мужчина пожал плечами, подошел к кровати и присел на низенькую скамеечку у самого изголовья.

– Что произойдет сегодня, граф?

– Сегодня? – Старик завозился в темноте. – Ты прекрасно знаешь, что произойдет, Джемиус. Сегодня я умру… Это важно, не так ли? Именно этот день ты выбрал для последнего визита. Наверное, ты решил облегчить мои страдания и не приходил раньше, ибо боюсь, что то, о чем ты собираешься мне рассказать превратило бы мои последние дни в тягчайшую муку. А быть может, я не прав? И ты пришел, только для того, чтобы проведать древнего старца? Проводить меня к ногам господа нашего Иллара, побыть со мною в последние мгновенья? Хотя вряд ли… Ты слишком циничен для подобных поступков.

Джемиус протянул руку и погладил старика по колючей щеке.

– К сожалению, граф, мы так и не стали близкими друзьями. Наше искусство, искусство политики, сжигало без остатка все присущие человеку чувства. Слишком много нам доводилось пропускать через себя, перемалывать в собственных мозгах страх, боль и ненависть тысяч других несчастных. Но для меня вы всегда были учителем, я остаюсь преданным учеником…