— Что-то происходит на Титане, сэр.

— Шторм? Ледяной вулкан?

— Трудно сказать. Я только что заметил это. Мощный центр атмосферного завихрения.

Я пожал плечами.

— Вероятно, шторм. Проверяй его периодически. Дай мне знать, если будет что-нибудь интересное.

Однако следующей интересной вещью оказался источник звуков, за которым мы следили. Я дремал в своем кресле после проверки запаса корабельного спиртного на предмет порчи, когда Мак-Карти разбудил меня.

— Вы бы лучше пошли и глянули на это, капитан, — сообщил он мне.

— На что на это, — пробормотал я.

— Мы, похоже, обнаружили подлинный внеземной механизм, — сказал он.

Я вскочил на ноги и бросился к экрану обзора, где увидел эту штуку целиком. Я не имел представления о ее масштабе, но это был темный металлический спутник, и выглядел он как два конуса, соединенные своими основаниями. Он парил над плоскостью кольца и его нижний конец ослепительно светился, так что отблески падали на кольцо.

— Что это, черт побери, он делает?

— Я не знаю. Он на параллельной орбите и испускает когерентный свет. Это определенно источник радиосигналов.

Я снова услышал звуки, которые, казалось, усиливались до какого-то крещендо.

— Капитан! — позвал Соренсен. — Возрастание активности на Титане. Это сейчас в нижних слоях атмосферы.

— Брось Титан! Ты измерил «эту» штуку?

— Да, но…

— Ты следишь за всем, за чем можно следить на этой штуке?

— Да, сэр.

— Прекрасно. Мы поговорим о Титане позже. Внеземной агрегат более важная вещь, чем метановый шторм.

— Слушаюсь, сэр.

Мы наблюдали в течение нескольких часов и наше терпение было вознаграждено тем, что мы стали свидетелями внезапного маневра устройства. Ему предшествовало резкое прекращение всех радиосигналов. Иногда мне хотелось бы иметь возможность запереться в изолированной от внешнего мира комнате, надеясь, что погружение позволит приблизиться к разгадке этого феномена; итак, в его взлетах и падениях, неожиданных пробежках и глиссандо не было ничего неприятного. Когда звуки прекратились, я был буквально оглушен тишиной. Мое внимание, однако, было быстро привлечено другим, так как свет под спутником — который сейчас двигался внутри кольца С — внезапно погас.