Прямо перед ним была дверь пульта пятого участка. Он нажал стопор и вошел. Здесь по крайней мере хоть меньше воняло аммиаком. Каждая кабина имела очистительную установку.

Душанов стоял во весь рост, с глазами, прикрытыми дисками. Телекинетический колпак - где-то на затылке, руки вытянуты вперед, как будто в них фрезы.

Он обернулся на шум открываемой двери и снял диски.

- А, это ты!

- Я. Можно, я у тебя посижу немного?

- Садись. - Он переключил пульт на программное управление. - Ты чего ходишь?

- Авария.

- Что-нибудь серьезное?

- Часа на два. А ты сколько сегодня сделал?

- Семьсот кубометров.

- Врешь!

- Чего мне врать? - Душанов включил экран и показал ящик, наполненный до половины шариками веноцета.

У Рустана глаза полезли на лоб.

- Сколько тут?

- Да с полкило будет.

- Везет тебе!

- Работать надо. Участки у всех одинаковые.

- Значит, способностей нет, - вздохнул Рустан.

- Глупости! С телекинетическими способностями никто не рождается. Их развивать нужно.

Рустан встал с кресла.

- Я это уже слышал. На курсах.

- Ну ладно, - Душанов взглянул на экран, - горизонт понижается, пора переходить на обратную связь. Ты уж меня извини.

- Извиняю. Только скажи: тебе правда эта работа доставляет удовольствие?

- Доставляет.

- А почему?

- Как тебе сказать? - Душанов надел на глаза диски. - Я еще в детстве мечтал о том, чтобы одна моя мысль управляла машиной. Понимаешь, когда ты вот тут, в кресле, а весь твой опыт, воля, знания - там, в антропоиде.

- А я - нет.

- Что нет?

- Не мечтал.

- А о чем ты мечтал?

- Да ни о чем. А сейчас мечтаю, чтобы выспаться.

- Лентяй ты, Рустан.

- Может, и лентяй, - сказал Ишимбаев.

* * *

Маленькая узкая комнатка была полна звуков. Справа раздавался храп, над кроватью орал репродуктор, слева доносились приглушенные голоса.