Это предположение, видимо, привело нашего клиента в ужас.

- Господи, если вы так на это смотрите, я непременно поеду! - воскликнул он. - Просто на первый взгляд глупо рассчитывать, что этот пастор что-нибудь может знать. Но раз вы так считаете...

- Да, считаю, - многозначительно сказал Холмс, и вопрос был решен. Прежде чем мы вышли из комнаты, Холмс отвел меня в сторону и дал краткое наставление, из которого видно было, что он придает серьезное значение этой поездке.

- Во что бы то ни стало, - сказал он, - проследите за тем, чтобы он действительно поехал. Если он, паче чаяния, улизнет или вернется с дороги, бегите на ближайший телефон и передайте мне одно-единственное слово: "Удрал". Я распоряжусь, чтобы мне сообщили, где бы я ни находился.

До местечка Малый Пэрлингтон не так-то просто добраться: оно расположено на боковой ветке. От дороги у меня остались не слишком приятные воспоминания: погода стояла жаркая, поезд полз медленно, мой попутчик был угрюм и молчалив и если раскрывал рот, то лишь затем, чтобы отпустить язвительное замечание насчет того, в какую пустую затею мы ввязались. Когда мы, наконец, сошли с поезда, пришлось ехать еще две мили до пасторского дома, где нас принял в своем кабинете представительный, важный, слегка напыщенный священник. Перед ним лежала наша телеграмма.

- Итак, джентльмены, чем могу быть полезен? - спросил он.

- Мы приехали в ответ на вашу телеграмму, - объяснил я.

- Телеграмму? Я никакой телеграммы не посылал.

- Я говорю о телеграмме, которую вы прислали мистеру Джозии Эмберли, насчет его жены и денег.

- Если это шутка, сэр, то в весьма дурном вкусе, - сердито сказал пастор. - Я никогда не слышал про джентльмена, чье имя вы назвали, и никому не посылал телеграммы.

Мы с Эмберли обменялись удивленными взглядами.

- Быть может, произошла ошибка, - настаивал я. -'У вас случайно не два прихода? Вот телеграмма, подпись - "Элман", адрес - "Дом священника".