Ещё ничего не спросил - а сердце уже сжимается, будто на допросе. Хочется самой признаться во всех преступлениях. Ну да, были мелкие игры с законом - у кого из гоэтов их нет? А маги - те и вовсе по-крупному мухлюют.

   - Нет, об этом мне ничего не известно. Разве что вы поведаете. Ещё раз вызывали айга(2)? Поддерживали отношения с кем-то из тёмных? Подделывали документы?

   Эллина отвернулась.

   С одним попал в точку. Неужели знает?

   А на крыльце стоят солдаты, и её, как есть, на глазах у всего квартала, арестуют и доставят в Управление.

   - Тягостное у вас молчание, госпожа Тэр. И нечистая совесть. Щекотливое дело какого-то клиента? Я не стану расспрашивать, не затем пришёл. Но, если захотите, выслушаю и смогу дать совет.

   - От двух до шести месяцев, - пробормотала гоэта и сделала пару глубоких вдохов, чтобы успокоиться.

   - Всё с вами ясно. Считайте себя счастливицей: я ничего не слышал. Но у меня к вам дело. Небольшое дело по вашей части. Загладите вину перед государством.

   Ей показалось, или он рассмеялся?

   Брагоньер подошёл ближе, кинул взгляд на доску с ножом и терзаемой луковицей.

   - Похоже, нож слишком тупой.

   - Просто я плохая хозяйка, - смутилась Эллина.

   Она действительно безобразно нарезала пол-луковицы.

   - Помочь?

   - А вы...? - опешила гоэта. - Разве вам пристало? Или вы и готовить умеете?

   Брагоньер покачал головой и улыбнулся:

   - Нет, и не собираюсь. Просто, сдаётся мне, мы сэкономим время, если нож возьму я.

   Эллина со стыдом наблюдала за тем, как быстро и умело он покончил с работой. Да, не так аккуратно, как кухарка, но ровнее гоэты.

   И жгучий сок будто ему нипочём. Выдержка железная - но ведь только с такой и можно пытать. Наверняка подследственных мучают кислотой, разными ядовитыми составами. Палач, разумеется, надевает перчатки, но запах...Брагоньер, к слову, перчатки снял, держал в левой руке. Перстень на этот раз не прятал.