— Какие, например?

— Ха! Так я вам и сказал, как же! Во-первых, это тайны, а во-вторых, я не думаю, что вы сможете понять, о чем речь, поскольку это касается медицины. У нас тут в медперсонале доктора наук работают, о чем они друг с другом разговаривают, даже я — ха-ха! — не всегда понимаю. Сплошь и рядом терминология да латынь!

— Медицина?…

— Ну да! Вы, когда въезжали на территорию, видели надписи? Это чистая правда. Знаете, что такое лепрозорий?

Диана почесала ручкой висок:

— Э-э-э… Как-то связано с чумой?

— Точнее, с проказой, научное название которой — лепра, — они проехали мимо казармы — одноэтажного серого строения, у входа в которое дежурил автоматчик. Рядом еще двое солдат о чем-то разговаривали с пожилым человеком в белом халате. Заметив машину, военные дружно вытянулись в струнку и «отдали честь» усачу, на что тот только неопределенно махнул рукой. Старичок же внимательно посмотрел вслед их машине, придерживая очки на горбинке длинного носа. — Хроническое инфекционное заболевание, в свое время унесшее немало человеческих жизней, вот что такое лепра.

— А что такое лепрозорий?

— Это место, где содержат больных, в изоляции от общества, чтобы предотвратить распространение заразы.

— Карантин?

— Именно, причем очень жесткий. Ограждение видели? Тысячи вольт!

— Это же смертельно опасно!

— Да, но иначе нельзя. Тот вид проказы, который здесь изучают и пытаются лечить наши врачи, распространяется очень быстро. Мы вынуждены были оградить территорию во избежание нежелательных инцидентов.

Только сейчас Диана поняла, что с тех пор, как попала сюда, не видела даже собак или кошек. Но заинтересовало ее не это.

— А что за нежелательные инциденты вы имеете в виду? И в чем особенность болезни, которую вы тут… изучаете?