Несколько минут они топтались так по островку: гигантская рептилия сжимала зубами руку великана, желая раздробить кости, а тот, не обращая внимания на боль, старался повалить чудище на землю. Но вдруг, оступившись, Лесной человек рухнул на колени. И сразу, отпустив его руку, зверь налег на великана мощной грудью, сбил его на спину и, преодолевая сопротивление, потянул к груди лапы с хищно загнутыми внутрь когтями.
И Авдей не вытерпел:
- Братки, поможем!.. Прошка, Лукий, Карпа!
Сначала трое, а за ними еще четверо или пятеро дружинников, вырвавшись из строя, сбежали с пологого откоса и, размахивая копьями и мечами, бросились к островку - туда, где иноземная тварь спешила расправиться с Лесным человеком.
Вслед им что-то зычно гаркнул воевода, да разве ж в запарке боя расслышишь - что. И тотчас передняя шеренга княжьего войска с боевым кличем сорвалась с места. Воевода ткнул пятками в бока своего коня - тот, мелко переступая, спустился на дно, но потом в три огромных скачка вынес всадника в голову атакующих.
Слишком долго наблюдали за этим безучастные хазары. Когда их лошади наконец сдвинулись с места, самые быстрые воины-славяне уже помогали на взгорке Лесному человеку. Три меча почти одновременно опустились на голову чудовища - и не выдержала поганая голова, треснула, выплеснула наружу сине-зеленую жидкость. И второй раз рухнула в пыль сраженная зверюга, но теперь уже навсегда. Крик победы вырвался из десятка глоток княжьих ратников.