Саблин насторожился:

- Что - кто?

- Приезжали как-то разок, другой. Наездники приезжали. Вы к главному зоотехнику наведайтесь.

- А из наездников кто с его лошадьми работает? - Саблин прежде всего искал внутренние связи, внешними займется потом.

- Сейчас Плешин Михаил Иваныч, - охотно откликнулся конюх. - Он и Фильку и Огонька тренирует. С одной конефермы жеребцы. Призовые.

Еще одна линия, задумался Саблин: наездники, жокеи, конефермы, аукционы, лошади. Но раздумывать долго было нельзя. Спрашивать надо, пока отвечают с готовностью. Он и спросил:

- А где мне повидать Плешина?

- В больнице он. Пятьдесят первая, - подал голос Володька. - Аппендицит у него.

- Давно лег?

- Третий день уж лежит.

Придется поехать, решил старший инспектор. Но еще на ипподроме не все было закончено. Он записал фамилии опрошенных и пошел через поле к трибунам.

* * *

А кто может опознать человека на фотокарточке, найденной в кармане убитого? Ни в управлении, ни в конюшнях его не опознали. Посоветовали у кассирш спросить: может быть, завсегдатай? День был небеговой, и кассирш Саблин нашел в буфете.

Кассирш было трое. Они пили кефир, закусывая его бутербродами с сыром. Взглянули на него с любопытством: что понадобилось от них франтоватому милиционеру с погонами капитана?

- Я из уголовного розыска, - отрекомендовался он.

- Ого! - сказала одна. - Чем можем помочь мы господину Мегрэ?

- Только мы никого не убивали, - откликнулась другая.

Третья смотрела выжидательно, молча отхлебывая кефир. Саблин вынул фотокарточку:

- Не узнаете ли вы этого джентльмена? Может быть, примелькался вам на трибунах?

Кассирши долго и пристально всматривались. Но ни одна из них его не признала.

- Разве запомнишь их, мелькающих у окошка кассы. Может быть, игрок, может быть. Только не из тех, кто нам уже надоел.