Семья жила из трех человек: мама, папа и Остапчик. Звучным именем мальчишку нарекли, - папаша утверждал: в честь его любимого книжного героя, который в кино был грузин и исключительно сыграл Остапа Бендера, ближайшего родственника турецкого султана. Если папа с апломбом говорил эту версию при интеллигентных маминых гостях, то мама первая мило смеялась, а сама со всей супружеской строгостью во взгляде сверлила чудившего папашку.
В общем, русская семья жила дружно. Как тогда говорили интеллигентно. По утрам дружно поглощали манную кашу. По праздникам - с изюмом. Случалось, едали и гречневую. И даже с маслом. Иногда. Со сливочным, коровьим. Чаще было опасно. Потому что со сливочным даже приевшаяся манная потреблялась чертовски споро, с примерным солдатским аппетитом.
Грязную посуду мыл папашка. Как самый сильный. Кашу варила мама. Как самая слабосильная по природной конституции и по конституции тридесятого государства. И потом, мама умела мешать ложкой как следует. Зато Остапчик сосредоточенно выковыривал из всех тарелок черные изюминки. В изюминках жили витамины. Витамины Остапчику полагались по возрасту. И в придачу Остапчик учился у Нины Семеновны, которая называлась учительницей 2 "Б".
У Фаины Семеновны жил классный журнал с фамилией Остапчика. И Фаина Семеновна, как настоящий выбранный президент могла зловеще воспитательно усмехнуться, когда Остапчик чего-то мямлил у черной и страшной доски, чтоб законной своей волей вдруг нарисовать напротив фамилии Остапчика пузатую оценку.
Пузатая оценка называлась ужасно: двойка! И все равно, Фаина Семеновна педагогическим (с высшим образованием) голосом укоряла пунцового застрявшего Остапчика:
- Тебе, милый мой, в специнтернате... А я тут с тобой! Им за это деньги платят...
А ученик 2 "Б" класса обыкновенной столичной школы Остапчик вдруг со всей зрительной отчетливостью вспоминал, как сегодня утром, праздничным утром, - у мамы день рождения! - он тщательно выедал все вкусненькие изюминки, даже у мамы... чтоб стать очень умным, чтоб принести маме подарок... и совсем не пузатую ужасную двойку, а наоборот - четыре, а может и на целую пятерку ответить, как Венька, сосед.