"И поныне русский человек среди окружающей его строгой, лишенного вымысла действительности любит верить соблазнительным сказаниям старины, и долго, может быть, еще не отрешиться ему от этой веры", - мудро и спокойно замечает Иван Александрович Гончаров в своем истинно русском и по-русски же написанном бессмертном сочинении: "Обломов".

И ведь верно же, - я верю и люблю весь тот вымысел, который "выдумал" Гончаров про житие-бытие Ильи Ильича Обломова, точно так же, как сам маленький Илюша, что горячо и онемело внимал русским сказкам и преданиям седой старины, пересказанными его любимой маменькой и седой же нянюшкой этими великими и великодушными на собственные придумки мастерицами его детства. Мастерицами Илюшкиного волшебного детства...

И насладившись, насытившись, надышавшись воздухом своей Обломовки, я непременно же замру посреди луга, посреди пашни, посреди поля пшеничного, посреди главной усадьбы колхоза "Путь Ильича", и тотчас же образумлюсь и вспомню: каких-то несколько десятков лет тому назад на этой самой земле, на этих черноземных чистых, жирных, пахучих дернах стоял мой предок, - мой предок русский дворянин, русский помещик, русский человек с овальной подстриженной бородою, усами, обрамляющими уста сахарные... нет, нет же! напротив, губы моего предка, на это сенокосное время красны и потресканы от зноя, от всех тех забот русского рачительного хозяина своей земли, земли не прикупленной по спекулятивной цене, - цена этих живых и живописных русских просторов совсем иная, - эти угодья, эти луга и эта березовая роща вместе с этим зеленым, кудрявым клином была высочайше дарована его славному прапрадеду самым первым русским господарем Иваном IV, прозванным в народе Грозным царем.

Мне так хочется верить, что именно с тех невообразимо далеких, но все равно же не отчужденно прошлых седых лет-годов прорастает мой теперешний цивилизаторский, окоченелый в недоумении теперешнего бытия, корень-облик.

1992 г.

ЛЕНЬ-МАТУШКА...