— Ватсон, Ватсон, вставайте!

— Холмс, это вы? — я посмотрел на часы. Господи, даже здесь четверть шестого, а в Лондоне?

— Быстрее одевайтесь, Ватсон, я жду вас.

Если Холмс будит так рано, значит не без оснований. Я пренебрег бритьем, ограничась умыванием. В холл я спустился через десять минут, но Холмс уже ушел — на столе лежала записка — «Идите к левому крылу замка». Видно, дело не терпело отлагательств. Странно. Я-то думал, что Холмсу осталось положить руку на плечо похитителя и сказать «верните драгоценности», а это совсем не обязательно делать так рано.

Холмса я нашел сразу, Холмса и еще несколько человек — принца Петра, полковника Гаусгоффера и Константина.

— Доктор, взгляните. Может быть… — принц выглядел растерянным, смятенным. Подойдя ближе, я понял причину волнения — за кустами в траве лежала мисс Лиза, воспитанница старого принца. Восковая бледность ее лица настораживала, а когда я попытался отыскать пульс, холод тела подтвердил девушка мертва. Рука ее вывернулась под немыслимым углом, а, приподняв туловище, я понял окончательно — сломана шея.

— Она мертва, — сообщил я очевидное присутствующим.

Холмс кивнул.

— Ее нашел садовник. Он сообщил мажордому, тот — принцу Петру, а затем подошла и моя очередь. Какова, по-вашему, причина смерти, Ватсон?

— Возможно, падение с высоты, — я задрал голову вверх, и все остальные — тоже. Там, наверху, на высоте около пятидесяти футов, виднелось открытое окно башни.

— Выпала оттуда, — предположил полковник.

— Ваше высочество, вы, я полагаю, должны сообщить о случившемся властям? — Холмс вопросительно посмотрел на принца.

— Да. Я телеграфирую в город.

Через четверть часа к замку подъехала телега, пара санитаров осторожно положили на нее тело бедной девушки. Пришел и доктор. К сожалению, он не знал английского, а Константин был настолько потрясен, что использовать его в качестве переводчика,да еще в столь специфическом деле, не представлялось возможным. Пришлось объясняться на дурном французском и скверной латыни.