Я тоже испугался и побежал вниз. Навстречу несся гребень леса, он поднялся вдруг на том месте, где кончался крутой склон. Темный, ропщущий под ветром лес, и слышно было, как начали стонать стволы. Вершины деревьев качались уже над самой моей головой. Куда-то вдруг исчез привычный мир, не видно ни неба, ни окоема, ни травы - сухие корявые стволы почти без листьев. Я иду по лесу, иду и не могу выбраться, начинаю кричать... Просыпаюсь на мгновение, успокаиваюсь и снова проваливаюсь куда-то. Теперь это глухая опушка леса, где корни черной ольхи вымыты из крутого берега потоком, где зеленый шатер укрывает неведомую реку. Ее темные воды бегут спокойно, на глади реки ни морщинки. Волшебный поток несет желтые листья, хотя вокруг темная, влажная зелень. На воде появляется мертвая лилово-красная бабочка. Потом - сказочный золотой жук, он бежит по воде, как посуху. Я начинаю догадываться... Еще минута, и ответ приходит, не нарушив сна. Это же Река памяти!

По ней можно добраться куда угодно. Мгновение я балансирую на грани сна и бодрствования. Снова сон.

Величаво, спокойно несет свои воды Река памяти.

Возникает простор.

Холмы в свете дня, бесконечные волнистые дали и над ними - сияние. Две знакомые ветлы, между ними - солнце. Дом моей деревенской бабки. Дом каменный, крыльцо деревянное. Группа высоких ветел поодаль, у пруда. Там тревожно кричат черные птицы.

Появляется Наденька, сверстница. Дом ее бабки рядом. Я вижу теперь Наденьку так отчетливо, что угадываю ее мысли.

Три недели кряду не дождило, тщетно купались воробьи в сухой пыли на дороге, близ самого крыльца, и даже ветер обманул - пронес над селом, над самыми крышами, серые тучи, а живительного дождя так и не надул. "Дождя бы!" - думает Наденька.

Вокруг дома бродят гуси, не узнающие Наденьку, чуть что - шея колом, клюв щипцами, тогда беги куда глаза глядят.