Наконец RB87 в полном согласии с направлением и скоростью ветра и целым рядом других факторов стал снижаться в направлении двухмильной взлетно-посадочной полосы. Вот он проскользнул по всей ее длине и остановился в специально отведенном для этого месте, помеченном на бетонной поверхности аэродрома двумя яркими полосами.

Едва заглохли моторы и замедлили свое вращение пропеллеры, включилась комплексная система обслуживания аэродрома, разбуженная сигналами с командного пункта. Это сработали приборы, первыми распознавшие образ возвращающегося бомбардировщика. Через все летное поле к самолету пополз змееподобный автомат с запитывающим шлангом. В ответ на импульсы датчиков он уткнулся в машину, поднял свой хобот и стал еще больше похож на рептилию. Ощупывая вслепую корпус самолета, он стал проникать в самую широкую часть фюзеляжа, пытаясь найти приемное отверстие, ведущее в пустые топливные баки. Радиоустройство, рассчитанное на работу в течение одной минуты, ответило на сообщение радиопередатчика, тоже включившегося на одну минуту, открылось нужное отверстие, и хобот шланга плотно вошел в него. Этот контакт был зарегистрирован глубоки к топливном хранилище, там заработали насосы, и длинный шланг вздулся под давлением перегоняемого авиабензина. Насосы снизили уровень топлива в резервуарах, другие насосы, находящиеся за много миль от аэродрома, погнали свой груз через заждавшийся трубопровод, активизировалась система очистки, засасывавшая в свои недра сырую нефть и выдающая высокооктановый бензин. Нефтяная скважина, расположенная где-то в середине континента, подавала свежую нефть в опорожняемые хранилища.

В системе управления топливными запасами запитывающий шланг был важнейшим, хотя и наименее сложным, устройством.