- Примерно так, сэр, - ответил Смит, криво улыбаясь. - Добавьте к этому слова «персона нон грата» и поймете точно, в каком я сейчас положении. Меня выпроваживают вон, первым же рейсом через Лондон.

- Неприятно, но не смертельно - ни для твоей карьеры, ни для нас, - прокомментировал Клейн. - Но давай ближе к делу: ты еще в опасности?

Смит как следует обдумал вопрос. Им он промучился практически целую ночь. Что затевают убийцы Петренко? Входит ли в их обязанности убрать всех, с кем российский ученый связывался, или им достаточно его смерти?

- Не исключено, - сознался он. - С уверенностью судить нельзя, но… Не исключено.

- Понял, - невозмутимо ответил Клейн. Связь оборвалась, но менее чем через минуту возобновилась. - Организую тебе подмогу, правда, не очень надежную - слишком уж мало времени. Чтобы ты не пропал там совсем один. Можешь подождать примерно с час?

Смит кивнул.

- Без проблем.

- Замечательно. Перед выходом из участка еще раз позвони. - Клейн помолчал. - И постарайся уцелеть, Джон. А то я с ума сойду, заполняя ворох чертовых бумажек.

Смит улыбнулся.

- Буду иметь это в виду, - пообещал он.

Человек средних лет в теплом коричневом пальто, перчатках, меховой шапке и зеркальных солнцезащитных очках вышел из полицейского участка на улице Конвиктска и, не оглядываясь, торопливо зашагал на юго-запад, в сторону реки.

В узком переулке неподалеку его ждал черный седан «Мерседес» с тонированными окнами. Остановка автотранспорта в этом месте была запрещена, но на лобовом стекле «Мерседеса» красовался знак дипломатического ведомства, а потому знаменитые своим усердием пражские инспекторы дорожного движения обходили нарушителя стороной.

Человек все так же торопливо открыл дверцу водителя, сел за руль. Снял шапку и очки, бросил их на соседнее кожаное сиденье. И рукой в перчатке пригладил только сегодня подстриженные темные волосы.