Добавьте к этому пригоршню мастеров фэн-шуй, приправьте щепоткой викканцев разных вкусовых оттенков и ароматов, сдобрите некоторым (небольшим) количеством более или менее одаренных адептов, обожающих смешивать магию с религией, еще меньшим количеством последователей культа вуду и горсткой сатанистов, украсьте сверху толпой молодежи, обожающей разгуливать в черном, – и вы получите то, что в общественном представлении считается «оккультными кругами».

Ну, конечно, покопавшись в них хорошенько, вы обнаружите и нескольких чернокнижников, некромантов, даже монстров и демонов. Настоящие игроки – плохие парни – смотрят на эту толпу примерно так, как десятилетний ребенок – на парк аттракционов. Система раннего предупреждения у меня в голове подала тревожный сигнал – воображаемую, не слышную постороннему уху сирену.

– Скажите, падре, кто рекомендовал меня вам?

– О, один местный священник, – ответил Винсент. Он достал из кармана записную книжку и полистал в поисках нужной страницы. – Отец Фортхилл, – прочитал он. – Церковь Св. Марии Всех Ангелов.

Я зажмурился. Отец Фортхилл избегал разговоров со мной на религиозные темы, но человек он был достойный. Немного старомодный, конечно, но мне он нравился – и не раз оказывал мне неоценимые услуги. Я считал себя его должником.

– Что же вы сразу не сказали?

– Так вы возьметесь за это дело? – спросил отец Винсент. Мы как раз подходили к гаражу.

– Прежде я хочу узнать подробности, но если Фортхилл считает, что я могу помочь, значит, возьмусь. Ну и конечно, – поспешно добавил я, – оплата по моим обычным расценкам.

– Разумеется, – согласился отец Винсент и потеребил висевшее на шее распятие. – Могу я надеяться, что мне не придется исполнять роль шута при маге?

– Чародее, – поправил я его.

– А разве это не одно и то же?

– Маги выступают с фокусами на сцене. Настоящей магией занимаются чародеи.

Он вздохнул:

– Мне не нужно никаких представлений мистер Дрезден. Только результаты в расследовании.