Я погнал машину к выезду, срезая углы.

– Что вы делаете? – удивился отец Винсент.

– Это киллер, – бросил я. – Они наверняка ждут у выезда.

Визжа покрышками, мы одолели последний поворот и понеслись прямо к светлому пятну выезда. Кто-то, задыхаясь, прокричал несколько слов. Из машины, стоявшей на противоположной стороне улицы перед выездом из гаража, вылезали двое крупных, не самой дружелюбной наружности мужчин. Один держал в руках дробовик, другой – внушительного вида полуавтоматический пистолет, возможно, «Дезерт Игл».

Громилу с дробовиком я не узнал. А вот Номера Третьего, дылду с рыжеватыми, коротко стриженными волосами, бычьей шеей и в дешевом костюме, – легко. Куджо Хенд-рикс, правая рука главы преступного мира Чикаго, джентльмена Джонни Марконе.

Мне пришлось бросить Жучка на тротуар, объезжая опущенный шлагбаум. Мы шваркнули крыльями по ухоженным кустикам на газоне; визжа покрышками, свернули на улицу. Я выкрутил руль и вдавил педаль газа в пол.

Оглянувшись, я увидел того, первого стрелка – он стоял в дверях пожарного выхода из гаража, наставив дуло пистолета в нашу сторону. Судя по всему, он выстрелил несколько раз, хотя я услышал только пару последних выстрелов – действие глушителя слабело. Особой меткостью он не отличался, но все же ему посчастливилось разбить заднее стекло, осыпавшее нас осколками. Я стиснул зубы, свернул на первом же повороте, проехав на красный, едва не столкнулся с тягачом-эвакуатором и понесся, набирая скорость, дальше.

Квартала через два пульс мой замедлился до частоты, позволяющей мыслить более или менее внятно. Я сбросил скорость почти до установленной правилами дорожного движения, вознес хвалу своей счастливой звезде за то, что сдерживающее заклятие накрылось медным тазом еще там, в студии, а не в машине, и опустил стекло водительской дверцы. На секунду я высунул голову посмотреть, не преследуют ли нас Хендрикс со своими громилами, но не увидел никого и принял это на веру.