— Да ладно! Чего ты гонишь?! - начал было Дрон, оборачиваясь и осекся… Теперь он тоже видел вокруг прутья решетки. — Вот, б…, и верно — клетка! Что здесь происходит, командир?

— Все вопросы — потом, Андрюха! — решительно прервал Дрона командир и полез на стену. — Давай схватим Матео и будем отсюда сваливать!

Штурман мгновенно последовал примеру Малина. В клетку к пилоту друзья свалились уже вдвоем. Как выяснилось, Хамисуваари мирно спал, по-детски подложив под щеку ладонь.

— Вот нервы у парня! — одобрительно сказал Дрон и начал бесцеремонно тормошить спящего. — Хорошая смена растет! А, командир?

Матео спросонок никак не мог понять, откуда в его «камере» взялись коллеги. Клетку он не видел до тех пор, пока разозленный «тупостью солобона» Макс не полез наружу. Только тогда пилот увидел переплет решетки. Покинув клетки, узники стали осматривать зал. На первый взгляд это была пещера, естественного происхождения, только немного облагороженная внешним воздействием. Поначалу казалось, что выходов из нее нет. Только после обхода по периметру космолетчики обнаружили прячущийся за скальным выступом, узкий проход. Экипаж рванул по нему бегом. Коридор тоже был естественного происхождения, лишь местами сглаженный чьими-то руками (или щупальцами?). Освещался он тем же непонятным образом, что и покинутая пещера. То есть, светильников видно не было, но света хватало.

Километра через полтора, проход вывел разведчиков в зал, превышающий по размеру тюремный раз в десять. У дальней стены, уткнувшись носом в камень, лежал их корвет. Именно лежал, шасси выпущено не было. По левому борту тянулась огромная царапина, словно корвет корябали полутораметровым когтем. Броня была повреждена до основного слоя.