- Есть, сэр, - философски отвечал Буш. Он первый раз видел капитана, которого тревожит применение линьков. Линьки - такая же часть флотской жизни, как плохая кормежка, восемнадцать дюймов, чтоб повесить койку, и подстерегающие в море опасности. Буш не понимал дисциплинарных методов Хорнблоуэра. Он ужаснулся, когда Хорнблоуэр прилюдно объявил, что моется под помпой - только сумасшедший может подталкивать матросов к мысли, что капитан слеплен из того же теста. Но прослужив под началом Хорнблоуэра два года, Буш усвоил, что его странные методы иногда приносят поразительные плоды. Он готов был подчиняться ему - верно, хотя и слепо, покорно и в то же время восхищенно.

II

- Сэр, слуга из "Ангела" принес записку и ждет внизу, - сказала квартирная хозяйка, когда Хорнблоуэр, в ответ на стук, пригласил ее войти в гостиную.

Хорнблоуэр взял записку, взглянул на адрес и вздрогнул - он мгновенно узнал аккуратный женский почерк, которого не видел вот уже несколько месяцев. Сдерживая волнение, он обратился к жене:

- Записка адресована нам обоим, дорогая, - сказал он. - Я открою?

- Да, конечно, - сказала Мария.

Хорнблоуэр разорвал облатку и прочел:

Таверна "Ангел"

Плимут

4 мая 1810

Контр-адмирал сэр Перси и леди Барбара Лейтон сочтут за честь, если капитан и миссис Хорнблоуэр отобедают с ними по указанному адресу завтра, пятого числа, в четыре часа дня.

- Адмирал в "Ангеле". Он приглашает нас завтра на обед, - сказал Хорнблоуэр небрежно. Сердце так и прыгало у него в груди. - С ним леди Барбара. Мне кажется, дорогая, надо пойти.

Он передал жене записку.

- У меня с собой только голубое платье, - сказала Мария, прочитав.

Женщина, получив приглашение, первым делом думает, во что ей одеться. Хорнблоуэр постарался сосредоточиться на проблеме голубого платья. Душа его пела. Леди Барбара здесь - их разделяют какие-то двести ярдов.

- Оно тебе очень идет, - сказал он. - Ты же знаешь, как я его люблю.