В иллюминатор он увидел, как приближаются мерцающие огни Лондона, - лайнер пошел на посадку. Дойль решил, что стюардесса уже не принесет виски. Он удрученно вздохнул, огляделся, оценивая обстановку, тайком вытащил фляжку из кармана пиджака, отвинтил крышку и плеснул немного виски в пластмассовую чашку, оставшуюся от последней выпивки. Фляжка была завинчена и аккуратно убрана обратно в карман. Дойль позволил себе расслабиться и теперь мог мечтать только об одном - о том, как было бы здорово закурить упманскую сигару, ждущую своей очереди в другом кармане.

Он отхлебнул глоток теплого виски и блаженно улыбнулся - виски был отменного качества. В этот момент все его размышления сводились к тому, что на Канарах упманские сигары сворачивали куда как лучше, чем сейчас - в Доминиканской Республике.

И ни одна из молодых особ, с которыми он имел дела со времени Ребекки, не представляла никакого интереса.

Он раскрыл старую книгу и стал внимательно рассматривать гравюру на фронтисписе, выполненную с бюста работы Торвальдсена. С портрета на него взирал неправдоподобно бородатый поэт - его характерные запавшие глаза, массивность торса, ширина плеч были мастерски переданы резцом скульптора. "Интересно, а как все это было в твое время, Вильям? - подумал Дойль. - Лучше тогда были сигары, виски и девушки?"

Губы портрета искривила легкая усмешка, явно обращенная к нему... У него закружилась голова, да так сильно, что он вцепился обеими руками в кресло портрет действительно смотрел на него через полтора столетия с нескрываемым ехидством.

Он резко дернул головой и захлопнул книгу. Ты же знаешь - ты просто устал, сказал он себе. Да, конечно, ведь это просто усталость, когда тебе подмигивает с гравюры человек, умерший лет сто назад. Вот Кольридж никогда бы себе не позволил подобной выходки!

Почти успокоившись, он поскорее засунул книгу в портфель рядом с другой книгой, которую он взял с собой, так как она служила ему рекомендацией "Незваный Гость", биография Самюэла Тейлора Кольриджа, автор Брендан Дойль.