Странно... - думает он и чувствует, как его тянет спуститься в галерею, к двери.

4.

Дни тянулись один за другим, знойные, пыльные, насквозь прокаленные солнцем. Ни тени, ни деревца: желтый песок и белая гора пирамиды. Прохлада была лишь в Подземном Городе, потому что работали вентиляторы, отсасывая затхлый застоявшийся воздух. Однако и тут температура не опускалась ниже двадцати градусов.

Раскопки полностью прекратились, машины ушли в Каир. Часть рабочих была рассчитана. Оставшиеся изнывали от жары и безделия, сражались в ближайших к выходу подземельях в кости и в карты. Царило напряженное гнетущее ожидание, как перед грозой или перед залпом, - все ждут начала.

Тяжелее всех переживал ожидание Ромен. Все уже сделано, достигнуто, убеждал он себя, рассматривая многоярусный план Подземного Города. Но главное не в этом, - тут же отбрасывал план в сторону. Главное - дверь внизу, выступ на который надо нажать ногой. Это становилось навязчивым, как болезнь. Ромен опускал голову на руки и представлял, как он это сделает. Он спустится в подземелье во главе комиссии из одиннадцати человек. Нет, людей будет больше: корреспонденты, фоторепортеры, телерепортеры... Где их расставить? О, галерея вместительная! На двери надпись в овальной рамке - обязательной реалии фараонов, "Господа..." - скажет Ромен. Внизу двери каменный выступ, зацепка, в полконверта величиной. Из белого мрамора, с желтоватыми жилками, уходящими в глубину. Ромен знает его, как собственную ладонь... Камень обтесан древним рабочим, рабом. Не тем ли, с черной бородой, в которой пробивается седина? Выступ - это часть механизма, основанного на силе тяжести и скольжении отшлифованных глыб. Древние знали теорию скольжения, статику и кинематику камня. Древние знали очень многое: как закаливать бронзу, как делать золотую фольгу, толщиной в десятые миллиметра, и как делать порох. Выступчасть механизма.